После кровавых событий в Цхинвали вновь актуализируется тема признания независимости Южной Осетии и Абхазии.
Как сообщает «Интерфакс» 11 августа, президенты Абхазии и Южной Осетии Сергей Багапш и Эдуард Кокойты по телефону договорились в ближайшее время вновь обратиться к мировому сообществу с просьбой признать независимость своих республик. «Сколько еще должно пролиться осетинской крови, чтобы признали наши республики? Это был геноцид», — подчеркнул Кокойты в разговоре с Багапшем.
Президент Абхазии заявил: «Действия Грузии в Южной Осетии можно охарактеризовать исключительно как геноцид осетинского народа. Думаю, что после этих трагических событий ни у кого в мире не должно остаться иллюзий, что Абхазия и Южная Осетия смогут сосуществовать с Грузией в едином государстве... Уверен, что после этой трагедии международное сообщество должно признать независимость Южной Осетии и Абхазии. Наши народы избрали свой путь, и это путь независимых государств», — добавил Багапш.
Осуществив варварское разрушение Цхинвали и окрестных осетинских сел, следствием чего стали тысячи жертв среди мирных жителей, а также десятки тысяч беженцев, Саакашвили дал основания для обвинений в геноциде.
«Нанесен смертельный удар территориальной целостности самой Грузии, а значит — огромный ущерб ее государственности. Трудно себе представить, как можно после всего случившегося и после того, что еще происходит, убедить Южную Осетию войти в состав грузинского государства, — резонно заявил российский премьер-министр Владимир Путин на совещании по вопросу оказания помощи беженцам во Владикавказе 9 августа. — Действия грузинских властей в Южной Осетии — это, конечно, преступление, и прежде всего это преступление против своего собственного народа».
После посещения палаточного госпиталя, развернутого силами МЧС РФ в североосетинском Алагире, где российский премьер общался с пострадавшими от грузинских бомбежек беженцами из Южной Осетии, Владимир Путин высказался еще резче: «полный геноцид», — так он охарактеризовал действия грузинской стороны.
Понятием геноцида оперируют и другие официальные лица России, включая президента Дмитрия Медведева. 10 августа он поручил Следственному комитету при прокуратуре РФ (СКП) собрать и задокументировать доказательства преступлений, совершенных в Южной Осетии, назвав геноцидом действия Грузии в непризнанной республике.
На встрече с председателем СКП Александром Бастрыкиным глава российского государства потребовал «принять все необходимые усилия для того, чтобы собрать и задокументировать доказательства преступлений, совершенных в Южной Осетии, чтобы впоследствии была необходимая база для уголовного преследования лиц, совершивших преступления». «Грузия подвергла Южную Осетию очень жесткой, циничной агрессии, погибли люди, наши граждане: и жители Южной Осетии, и миротворцы... — сказал Медведев. — Те формы, в которых проходили действия грузинской стороны, иначе как геноцидом назвать нельзя, потому что они приобрели массовый характер и были направлены против отдельных людей — гражданского населения, миротворцев, которые выполняли свои функции по поддержанию мира в этом регионе».
Председатель СКП лично возглавил процесс документации доказательств преступлений грузинской стороны. «Мы приступаем к работе немедленно. Вместе с бригадой я завтра вылетаю во Владикавказ», — заверил Бастрыкин Медведева.
Ранее, 9 августа, Главная военная прокуратура России возбудила уголовное дело в связи с убийством грузинскими военными российских миротворцев 8 августа в Цхинвали — столице непризнанной Республики Южная Осетия. Заказчиком и этого преступления (в дополнение к преступлениям против человечности), очевидно, будет назван лично Михаил Саакашвили (не зря, видимо, официальные лица России публично-демонстративно заявляют об отказе от прямого общения с грузинским президентом).
Прозвучали предложения создать специальный международный трибунал для наказания тех, кто отдал приказ разрушить Цхинвали. В частности, уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин 10 августа вышел с подобной идеей.
По словам Лукина, правозащитный аспект в ситуации вокруг Южной Осетии — самый главный. «Кто ответственен за массовые разрушения городов, сел и кто, кто дал указание соответствующее, и кто это осуществляет, и гибель мирных, ни в чем неповинных людей — детей, женщин и так далее? Кто уничтожил город Цхинвал в огне и превратил его просто в нежилой город в течение буквально одной ночи? И кто убивал массовым, совершенно неразборчивым образом?» — заявил Лукин журналистам. Он отметил, что число погибших «измеряется сотнями, уже тысячами людей».
Лукин призвал найти ответственных и привлечь их к законному международному суду. «Может быть, для этого стоит специально сделать международный трибунал по этому случаю, — как делались неоднократно международные трибуналы по другим случаям массового истребления людей и массового разрушения городов... — заявил российский омбудсмен. — Тот, кто отдал приказ о ночном уничтожении Цхинвала, тот, естественно, является главным ответственным» (РИА «Новости»).
Идея Лукина была поддержана российским МИДом. Об этом сообщил замглавы МИД РФ Григорий Карасин: «То, что касается предложений наших политических деятелей и юристов о возможности учреждения специального трибунала для исследования и разбора тех гуманитарных преступлений, преступлений против человечества, которые были в эти дни совершены на территории Цхинвали и на территории Южной Осетии в целом, то эта мысль заслуживает самого позитивного отклика. Мне кажется, что все факты, и все жертвы, и все фамилии тех людей, которые принимали безответственное и преступное решение, должны быть зафиксированы, мы ничего не должны забыть. Мы должны восстановить в памяти каждую минуту в развитии этих событий».
Не вызывает сомнений, что все необходимые документальные подтверждения указанных преступлений будут российской стороной собраны самым тщательным образом и представлены общественности — российской и международной.
Тем более что и на Западе уже звучат аналогичные тезисы — об имевшем место геноциде в отношении югоосетин. В частности, ИТАР-ТАСС (11.08.08) обращает внимание на ряд комментариев в западных СМИ на события в районе грузино-южноосетинского конфликта. В них говорится о том, что операция Грузии в Южной Осетии несет все черты тщательно спланированного военного наступления и вовсе не является ответом на нарушение соглашения о прекращении огня, как это утверждает Тбилиси.
Эксперты обращают внимание на то, что время для грузинского наступления на Цхинвали было выбрано таким образом, чтобы оно совпало с началом летней Олимпиады, когда внимание всего мира было приковано к Пекину. «Совершенно очевидно, что Грузия планировала эту операцию и держала ее в запасе, чтобы вернуть себе контроль над Цхинвали», — считает Томас де Вааль, эксперт по Закавказью из лондонского Института по освещению войны и мира. «При этом грузинского президента Михаила Саакашвили больше волновали не живущие там люди, а возможность утверждать, что они живут на грузинской территории. В противном случае он бы не начал в ночь с 7-го на 8 августа массированного артиллерийского обстрела города Цхинвали, в котором не было чисто военных целей, а жители которого, как говорят сами грузины, являются их собственными гражданами, — считает эксперт. — Все это является вопиющим нарушением международного гуманитарного права»... Т. е. речь идет о заранее спланированном военном преступлении.
В ряде СМИ проводятся параллели между нынешними событиями на Кавказе и тем, что происходило в 90-е годы на Балканах. «Вплоть до сегодняшнего дня Запад практиковал радикально отличный подход к сепаратизму на Балканах, где прозападные микрогосударства имеют посольства, и Кавказом, где считаются священными и неприкосновенными границы, проведенные еще Сталиным, — пишет в этой связи в интернет-блоге историк из Оксфорда Марк Олмонд. — На Балканах Запад добивался распада многоэтнической Югославии, апофеозом чего стало признание независимости Косово. Если западное признание может получить такое подчиненное господству мафии микрогосударство, как Черногория, то чем хуже него неполноценные, пророссийские и непризнанные государства, стремящиеся к независимости. Если Запад с готовностью признал за нерусской республикой (Грузией) право выйти из состава СССР в 1991 г., какова логика того, чтобы удерживать негрузинское население в составе микроимперии только потому, что она является прозападной?» — цитирует Олмонда ИТАР-ТАСС.
О параллелях с событиями на Балканах высказался и глава МИД Франции Бернар Кушнер. «Конфликт между Россией и Грузией вокруг Южной Осетии является эскалацией насилия у порога Европы и очень напоминает то, что происходило на Балканах», — заявил он 10 августа («Интерфакс»). «Причина этой эскалации кроется в неспособности сторон достичь соглашения о выходе из того, что они называют замороженным конфликтом в Южной Осетии», — считает министр иностранных дел Франции.
Как известно, большинство стран Запада, недавно признавших независимость Косово — вопреки международному праву, без решения ООН и даже вопреки резолюциям СовБеза ООН, — настаивают на беспрецедентности произошедшего с этой сербской провинцией, мотивируя «исключительностью» данного случая. В свою очередь «исключительность» базируется на имевшем место геноциде в отношении албанского населения края.
Важно отметить, что Запад выдвигает аргументы-мотивировки и не особо настаивает, чтобы их кто-то принял во внимание (ООН, например). Главное — обосновать и стоять на этой своей позиции до конца. Согласятся другие его принять — хорошо, нет — тоже не беда. Аргументы высказаны — и ладно.
Судя по всему, Россия теперь идет тем же путем, которым шли страны Запада, разваливая сначала Югославию, а затем Сербию. Т. е. «косовским» путем. И геноцид станет той «уникальной» (как любят говорить в Вашингтоне и Брюсселе по поводу Косово) мотивацией для России признать Южную Осетию и Абхазию.
К тому же само развитие ситуации просто вынуждает Россию идти именно в этом направлении.
Грузия могла сохранить территориальную целостность, только находясь в дружественных отношениях с Россией. Только в этом случае можно было бы найти более-менее приемлемый вариант (для всех заинтересованных сторон) сохранения Абхазии и Южной Осетии в составе Грузии. Но еще с начала 90-х Тбилиси встал на совершенно противоположный путь — жестко прозападный, подчеркнуто антироссийский. Приход к власти проамериканского режима Саакашвили вкупе с его потугами по вступлению Грузии в НАТО окончательно лишили Москву мотивации по сохранению территориальной целостности Грузии.
Последние события вообще стали той чертой, за которой Россия не может согласиться на постановку Абхазии и Южной Осетии под контроль Тбилиси. Это будет восприниматься как поражение — политическое и военное, как предательство своих граждан (абхазов и югоосетин, имеющих российские паспорта).
Абсолютно не устроит Россию и вариант с заменой российского миротворческого контингента представителями иных стран. Фактически это тоже будет означать сдачу Южной Осетии и Абхазии на откуп Саакашвили... Заметим, что после фиаско, которое потерпел режим Тбилиси, едва не единственной возможностью сохранить лицо Саакашвили может стать именно замена российских миротворцев.
И в последние дни все громче звучит тезис о том, что Россия не может выполнять миротворческую функцию из-за того, что сама вовлечена в конфликт. Например, в первой половине дня 11 августа было сообщено, что Саакашвили подписал документ, разработанный совместно с Грузией главами МИД Франции и Финляндии, о «прекращении огня». Этот документ главы МИД Франции и Финляндии отвезут в Россию. Подразумевается, что документ должен подписать и президент России Дмитрий Медведев. На момент написания материала судьба документа не известна, хотя есть большие сомнения, что российский президент его подпишет.
Но главное иное: в документе зафиксировано, что Россия — одна из сторон конфликта. Не приходится сомневаться, что Запад будет гнуть эту линию и в дальнейшем, на всех уровнях — ООН, ОБСЕ, двух- трех- и многосторонние консультации и т. д. — где бы ни обсуждалась ситуация вокруг грузино-осетинского и грузино-абхазского конфликтов. Цель проста: признание России стороной конфликта априори лишает ее права претендовать на миротворчество.
9 августа с совместным заявлением выступили президенты Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес, Латвии — Валдис Затлерс, Литвы — Валдас Адамкус и Польши — Лех Качиньский. Понятно, что эта проамериканская группа поддержки всячески «осудила Россию».
При этом ключевое в их заявлении: что «выданный России мандат на проведение миротворческих операций в непосредственной близости от границ страны явно исчерпал себя». По их мнению, «ЕС и НАТО должны взять инициативу в свои руки и выступить против распространения в Восточной Европе империалистической и ревизионистской политики. Поскольку нынешний вариант оказался неэффективным, нужно создать новые международные силы по обеспечению мира» (Baltic News Service).
В тот же день и в американском конгрессе потребовали заменить российских миротворцев на «вооруженные силы под эгидой США». Об этом, как сообщал ИТАР-ТАСС, говорилось в заявлениях председателя комитета по международным отношениям в палате представителей конгресса США Говарда Бермана и входящей в этот комитет Илеаны Рос-Лейтинен.
Можно цитировать много подобных однотипных заявлений.
Всем ясно, что будет означать замена российских миротворцев «действительно международными вооруженными силами под эгидой США» — можно вообще не вводить никаких миротворцев, а просто дать Саакашвили карт-бланш на силовую операцию.
Замена российского миротворческого батальона приведет к тому, что, перегруппировав силы и подготовившись к операции, Саакашвили рано или поздно повторно попытается осуществить блицкриги в Южной Осетии и Абхазии.
Многие эксперты в этом плане вспоминают судьбу Республики Сербская Краина, уничтоженной в 1995 г. двумя хорватскими блицкригами при полном попустительстве миротворцев.
Напомним. 19 декабря 1991 г. в Книне была провозглашена Республика Сербская Краина (РСК). Войти в ее состав изъявили желание скупщины Западной Славонии, Бараньи и Западного Срема. Новопровозглашенная республика включала в себя три территории и 22 общины. Были утверждены государственные символы РСК — герб, флаг и гимн, а бывший премьер-министр республики Милан Бабич сменил свою прежнюю должность на должность президента Республики Сербская Краина.
Худо-бедно в республике налаживалась жизнь. Восстанавливалось сельское хозяйство — основной источник доходов. Даже конфликты с хорватами, казалось, удалось погасить. 29 марта 1994 г. в Загребе в российском посольстве было подписано перемирие между руководством РСК и Хорватией. 5 августа в Книне состоялись переговоры краишников с хорватами по экономическим вопросам. В частности, обсуждалась перспектива открытия дорожной магистрали через Западную Славонию. Осенью стали работать совместные комитеты — военный и по сельскому хозяйству. В начале декабря 1994 г. был подписан договор между РСК и Хорватией о нормализации экономических отношений.
Но все то время Хорватия усиленно модернизировала армию, прежде всего при помощи Запада — эмбарго на поставку вооружений в эту страну отсутствовало. Тогда как в Сербскую Краину поставки вооружений не допускались. Т. е. все начало 90-х Хорватия вооружалась и готовилась к решению «вопроса Сербской Краины» силовым путем — примерно как Грузия последние несколько лет.
В мае 1995 г. Хорватия провела первый блицкриг — в Западной Славонии — операцию «Блеск». В августе 1995 г. второй блицкриг — операция «Буря» — на территориях Северной Далмации, Лики, Бараньи и Кордуна. Сербская Краина перестала существовать. Десятки тысяч погибших. 250 тысяч сербов превратились в беженцев.
Миротворцы расступились и не мешали хорватам. Мировое сообщество ничего «не заметило»...
Поэтому отдать абхазов и югоосетин в руки «чужих» «миротворцев» — это уготовить им этническую чистку со стороны Грузии. Это не подходит России ни с какой точки зрения — ни с моральной, ни с политической.
Получить продление миротворческого мандата для России в данных условиях тоже будет затруднительно, если не невозможно вообще. А держать свои войска в Абхазии и Южной Осетии, не имея на то международного мандата и признавая территориальную целостность Грузии (ныне официальная позиция России именно такая), означает получить обвинения в агрессии — в посягательстве на суверенитет и целостность Грузии.
Единственный вариант, при котором Россия сможет защитить абхазов с югоосетинами от расправы со стороны Тбилиси и защитить свои национальные интересы на Кавказе, — это признать их независимость.
Соответствующие обращения от парламентов Абхазии и Южной Осетии в российский парламент направлены уже давно. 8 августа спикер Совета федерации России Сергей Миронов как раз напомнил, что в ходе весенней сессии в верхнюю палату российского парламента поступило обращение от депутатов Южной Осетии с просьбой рассмотреть статус этой непризнанной республики. Обращение поддержали коллеги из Северной Осетии. Причем, сообщал «Интерфакс», Миронов выразил мнение, что «Саакашвили развязал войну против своего народа, и у России сегодня есть основания рассмотреть юридически и с точки зрения международного аспекта нахождение Южной Осетии в составе Грузии. Сегодня после случившегося есть основательный повод и резон рассмотреть это обращение парламента Южной Осетии, где говорится о том, что Южная Осетия не желает входить в состав Грузии». Миронов также отметил, что «Саакашвили совершил стратегическую ошибку, показав, как он относится к своим гражданам, — он их убивает»...Буквально в течение дня можно решить вопрос с юридическими основаниями для нахождения российских войск в Абхазии и Южной Осетии. Российский парламент принимает решение о признании Абхазии и Южной Осетии — с упором на собираемые ныне доказательства имевшего места геноцида в Южной Осетии. Далее между Россией и признанными ею государствами подписываются договора о дружбе и взаимопомощи, которые в тот же день ратифицируются парламентами трех государств. Соответственно вооруженные силы России, находящиеся в Абхазии и Южной Осетии (и численность группировок можно будет нарастить), обретают совершенно иной статус.
Судя по всему, именно в этом направлении дело и движется (см. начало материала и акцент на геноциде).
Если Россия признает Абхазию и Южную Осетию, то небо на землю не упадет. Непризнанных государств в мире немало. Естественно, везде свои особенности, но тем не менее так или иначе это — прецеденты.
Теме самопровозглашения Косово и признания этого «государства» «2000» недавно посвятили ряд материалов.
Есть, например, Турецкая Республика Северного Кипра (ТРСК), примерно равная по населению с Абхазией, — около 200 тыс. Турецкая Республика Северного Кипра не признается никем, кроме Турции. Хотя Организация Исламская конференция предоставила ТРСК статус части федеративного государства (англ. constituent state) и наблюдателя, а о намерении признать ТРСК заявляли Азербайджан, Гамбия и Парагвай.
Турция держит на Северном Кипре свои войска: две дивизии (28-ю и 39-ю) 9-го корпуса армии — 30—40 тысяч. Присутствуют также ВВС и ВМФ. В качестве валюты на Северном Кипре используется турецкая лира. Все экспортно-импортные операции (и связь) осуществляются через Турцию.
Израиль, скажем, не признают большинство арабских и мусульманских государств (таких 24, еще с 4 — отношения приостановлены; признается Израиль только Египтом, Иорданией и Турцией).
Китайская Народная Республика (КНР) не признается государствами, признающими Тайвань. И наоборот. Тайвань признают 23 государства, не признающие соответственно КНР.
Под оккупацией находится Палестинское государство, признаваемое рядом арабских и мусульманских государств, а также Россией — но не признаваемое Израилем, США и странами Запада.
В 1948 году решением ООН на части бывшей подмандатной Палестины было провозглашено государство Израиль. Решение ООН предусматривало выделение в Палестине территории для арабского государства. Фактически же эти территории оказались под контролем отчасти Израиля, отчасти Египта и Иордании, а государство создано не было. В 1967-м в ходе Шестидневной войны вся территория бывшего мандата оказалась под контролем Израиля.
В начале 1990-х провозглашено непризнанное государство Палестина, а также создана признанная Израилем и международным сообществом Палестинская автономия.
Западная Сахара. Это бывшая колония Испании, которая в 1976 году предоставила ей независимость. Была провозглашена Сахрави Арабская Демократическая Республика. Однако сразу же после этого Западную Сахару оккупировали войска Марокко, которое и по сей день фактически управляет большей ее частью. Остальная часть — Сахарская Арабская демократическая республика — признается 48 государствами и является членом Африканского Союза.
Северная Корея не признается Южной Кореей. И наоборот.
До 1950 года независимым государством был Тибет. Затем его оккупировали китайские войска, а потом включили в состав Китая. Правительство Тибета во главе с далай-ламой удалилось в изгнание (ныне правительство Тибета пребывает в городе Дхармасала (Индия). В 1959, 1961 и 1965 годы США стали инициаторами резолюций ООН, требовавших от Китая прекращения оккупации Тибета. Ныне конгресс США признает Тибет независимым государством, оккупированным иностранными войсками, хотя эта позиция официально не декларируется исполнительной властью США, де-факто считающей Тибет частью Китая.
На территории Сомали целых пять самопровозглашенных государств — Сомалиленд (с 1991 г.), Пунтленд (с 1998 г.), Галмудуг (с 2006 г.), Маахир (с 2007 г.), Нортланд (с 2008 г.)... Вазиристан в Пакистане... Тамил-Илам на Шри-Ланке.
К числу частично непризнанных государств относятся Лихтенштейн, Чехия и Словакия. Чехия и Словакия не признают Лихтенштейн. И наоборот. Правда, на территории друг друга они не претендуют — споры имущественные.
Непризнанные поначалу государства вполне могут стать полноценными независимыми государствами — например Эритрея, отколовшаяся в 1993 г. от Эфиопии. Или Восточный Тимор (бывшая португальская колония), провозгласивший независимость в 1975 году после падения авторитарного режима в Португалии, но оказавшийся почти на четверть века под оккупацией Индонезии... Или то же Косово.
Так почему не Абхазия и не Южная Осетия? При содействии России.
Если использовать дефиниции политолога Роберта Джексона (Robert Jackson), делившего государства на «квазигосударства» (обладающие всеми государственными атрибутами, но не контролирующие свои территории и оказывающие ничтожное воздействие на жизнь своих граждан), и «де-факто государства» (обладающие практически всеми функциями обычных государств, за исключением международного признания), то Абхазия и Южная Осетия — это де-факто государства, которые вполне могли за годы своего существования доказать способность к самоуправлению.
Безусловно, обострения отношений России с Западом не избежать. Но они и так уже обострились из-за происшедшего. Вряд ли признание Южной Осетии и Абхазии слишком сильно увеличит градус напряженности. К тому же апеллировать России есть к чему — к Косово в первую очередь. И бить на двойные стандарты Запада.
Однако и дивидендов для Москвы от такого шага тоже будет немало. Это будет не просто вызов Западу, но демонстрация того, что Россия — полноценный игрок на мировой арене, а на пространстве СНГ — уж точно. Это изменит и психологию в самих постсоветских республиках (и не только), которые ищут легитимации своих действий преимущественно на Западе. Москва может показать, что с ней, ее интересами следует считаться никак не меньше, что однобокий прозападный курс — проигрышный, что уповать только на то, что «Запад нам поможет», не приходится.
При этом не стоит забывать, что Россия крайне важна для Запада, который нуждается в России по целому ряду важнейших вопросов. Это и ситуация вокруг Ирана, и политика ядерного нераспространения, и энергопоставки, и увеличивающееся значение России как поставщика продовольствия и многое другое.
Скандал — а он, конечно, будет — из-за признания независимости Абхазии и Южной Осетии вряд ли продлится долго. Неизбежно произойдет что-то, что переключит внимание мира с ситуации на Кавказе.
Возможно, России придется выгадать удобный момент для признания Абхазии и Южной Осетии. Скажем, в случае очередного обострения вокруг Ирана или иных неизбежных кризисов.
Последствия для России и ее территориальной целостности? Ну, во-первых, надо вести такую политику, чтобы в регионах не зрели сепаратистские настроения. Но главное не в этом.
С точки зрения позиции Запада (и не только), целостность России — это не вопрос международного права, прецедентов и разных там «уникальных случаев», это вопрос силы и состоятельности Российского государства. Будет Россия сильной — и все ее регионы останутся при ней. Будет слабой — расчленят, как Югославию, и никто не вспомнит ни о каком междунароном праве. Поэтому признание Абхазии и Южной Осетии в этом плане ничего не добавит и не убавит. Скорее даже пойдет на пользу России. При правильно расставленных акцентах Москва может подать себя истинным защитником интересов народов Кавказа.
