Такого письма в почте еженедельника «2000», кажется, еще не было. Да, о проблемах работы милиции наши читатели пишут часто и много. Это, как правило, драматические истории с вопиющими фактами. И нередко, увы, приходится слышать от жертв преступлений: «Я боюсь обращаться в милицию!» Причина не только в недоверии к стражам порядка, но и в опасении нажить себе «мстителей».
«Крыша» для мешка картошки
Анатолий Сердюк — не из пугливых. Это теперь знают те, кто несколько лет пытался засадить его за решетку, фабрикуя обвинения. В небольшом шахтерском городке Торезе этого предпринимателя хорошо знают и тамошние чиновники, и правоохранители, и простые жители. Отработав много лет на Севере, Анатолий вместе с семьей переехал жить на Донбасс. На новом месте пришлось столкнуться с неожиданными проблемами. Оказалось, что открывать свое дело тут принято по неписаным законам. А Сердюк стремился делать свой бизнес по закону. Задержания, обыски, изъятия документации, долгие месяцы в СИЗО, следствие — через эти милицейско-прокурорские «университеты» прошел наш читатель. И своей правотой и решимостью он сумел одолеть угрозы и клевету. Сегодня предприниматель из Тореза не теряет надежды добиться справедливости в Административном суде Донецкой области. Анатолий Сердюк считает, что конкретный судья должен ответить перед законом за вынесенное заведомо неправосудное решение.
Но в редакцию предприниматель обратился не с жалобой. Он просто представил свой личный опыт общения с торезской милицией. О вымогателях в погонах писал и министру МВД Юрию Луценко. Копия этого обращения была направлена и в «2000». Вот цитаты из письма.
«25.11.2006 года, примерно в 15.35 мне на мобильный позвонил мой сын Сергей, 1977 г. р., проживающий в г. Торезе, ул. Пушкина, 34/3, и пояснил мне, что к нему в районе магазина «Стрела» в г. Торезе на местном стихийном рынке пристает какой-то мужчина в гражданской одежде, при этом представляется участковым милиционером, требует за «место» 10 грн. и т. д., а в противном случае (если не будет 10 грн.) — «сейчас приедет наряд милиции и изымет картофель (полтора мешка) и автомашину», на которой сын привез свою картошку на рынок.
Через 10 минут я приехал к этому месту и увидел, что молодой мужчина, около 25—28 лет, в пальто, без милицейской формы, стоит у машины «Волга», на которой приехал сын Сергей на рынок. Я подошел к этому парню и спросил: «В чем проблема?», на что он (парень) ответил, что, мол, здесь не место торговли картошкой, а если дашь «десятку» (гривен), то «трогать» он не будет. При этом он сказал мне, что является участковым милиционером, и этот участок якобы его.
Так как такого (участкового) ранее я не видел, то и попросил у него его удостоверение милиционера с тем, чтобы убедиться в правдивости его слов. В процессе этой короткой беседы с ним я увидел, что этот милиционер попросту пьян. Лицо грязное, небрежно при этом одет и стоит качается, грубо, развязно и матерно разговаривает. Бомж да и только. Еще несколько раз я уже требовал предоставить удостоверение милиционера, но он (парень) только назвал (нехотя) фамилию — Гладкий. И все твердил, что он участковый...
Я со своего мобильного набрал «0-20», ответил помощник дежурного Торезского ГО (свою фамилию он не сказал), я ему пояснил ситуацию и просил прислать настоящих милиционеров на помощь с тем, чтобы установить личность «бомжа», представлявшегося нам участковым милиционером и требовавшего 10 грн. за место торговли.
Минут десять я удерживал этого «бомжа», однако наряд милиции не приезжал, хотя к месту происшествия всего 300—350 метров от здания Торезского ГО УМВД Украины!
Я вторично позвонил на «0-20». Ответил уже дежурный Торезского ГО, который мне клятвенно пообещал, что наряд «уже выехал».
...Смотрю, «бомж-участковый» достает из пальто мобильный и также начинает кому-то звонить с тем, чтобы тот приехал и «разобрался» с нами (со мной и сыном). Точно: через 4—5 минут прибежал другой милиционер, маленького роста, в гражданской одежде, суетливый такой, которого я знаю точно (что он — участковый милиционер с соседнего участка, фамилия его Костенко). Этот Костенко тоже меня знает. Увидев, что я держу этого «бомжа», жду милицию и не даю ему убежать, стал звонить по своему мобильному и вызывать такси, которое подъехало через 2—3 минуты. В такси Костенко затащил этого «бомжа» и быстренько удрали...»
Далее, как следует из письма, события стали развиваться по привычной схеме. Анатолий Сердюк поехал в горотдел сам, желая выяснить источник обманных обещаний прислать наряд. «Вышел, — пишет читатель, — ко мне на «шум» начальник СО Торезского ГО УМВД Темляков, в гражданской одежде, сказал, что он ответственный дежурный по Торезскому ГО. На мои жалобы о том, что полчаса никто не приезжал, он (Темляков) ответил, что не такое важное происшествие случилось и что горотдел не «пожарная команда». Я в ответ ему сказал, что буду жаловаться на дежурную часть и на него, на что Темляков мне сказал: «Жалуйся хоть министру Луценко». Вот жалуюсь».
Вымогатели в погонах
Потом на месте скандала четыре милиционера беседовали с предпринимателем и его сыном. Заявитель просил старшего этой группы (так он назвался) Кирилла Дворниченко по горячим следам задержать злодея, назвавшегося участковым милиционером, и его напарника, настоящего участкового (Костенко). Тем более что они поехали в сторону участка Костенко, да и участковый Костенко тоже был в нетрезвом состоянии. Но милиционеры на повышенных тонах, вспоминает читатель, «начали кричать, что никого задерживать не собираются, на участок к Костенко не поедут, а ограничатся только отобранием объяснительных и осмотром места происшествия. В это время следователь Кучеров из этой группы милиционеров (так он назвался) пошел к другим торговцам, которые находились рядом в момент инцидента и все видели. Что им сказал следователь Кучеров, я не слышал. Только торговцы в одну минуту собрали свой товар и быстро уехали... В конце концов следователь Кучеров стал подсовывать мне на подпись протокол осмотра происшествия, в тексте которого я увидел подлог. Следователь Кучеров указал совершенно не то время, которое в действительности было в момент начала и окончания осмотра места происшествия (О чем, кстати, я сделал отметку в протоколе осмотра места происшествия. Думаю, что не сотрут)...»
Позже предприниматель узнал, что неряшливый «бомж» действительно участковый милиционер с того (рыночного) участка, его фамилия Гладкий. «Оказывается (как мне пояснили), эти два участковых милиционера, Гладкий и Костенко, «держат» (крышуют) стихийный рынок в районе магазина «Стрела», сдирают с местных торговцев без шума по десятке или по пятерке гривен за «место»...»
Автор письма резонно предположил, что начальство этих участковых не могло не знать о методах подобной «работы» с населением в таком прибыльном местечке. И, чтобы спустить на тормозах служебное происшествие, «случайно» опоздал наряд. «Связываю это с тем, — отмечает Анатолий Сердюк, — что милиционеры (офицеры милиции) Дворниченко (он ныне пребывает под следствием. — Авт.) и Кучеров умышленно дали время скрыться с места происшествия этим оборотням-«щипачам», участковым-пьяницам-вымогателям-злодеям Костенко и Гладкому с их рынка. Дожили: пьяные участковые милиционеры убегают на такси от граждан, а их трусость и злодейства покрывают другие милиционеры методами и способами, которые я изложил выше».
А в конце письма просьба автора к журналистам: «Донесите людям события по изложенному в «2000»: то, что я привел в данном заявлении, — не эмоции, а реальность маленького шахтерского городка, где «питаются» милиционеры. Чтобы не было сомнений в том, что заявление изготовил аноним, я свою подпись удостоверю печатью своего предприятия.
Анатолий Иванович Сердюк, за изложенное говорю: все — правда».
Деньги — из стола. Служебного
Мы не стали сразу публиковать это письмо, ожидая реакции МВД, ведь следовало провести серьезное служебное расследование. Не раз наезжали в Торез проверяющие, беседовали, советовали заявителю ждать. Потом от руководства областной милиции пришел ответ: «факты не подтвердились». Упорный Сердюк решил доказать достоверность происшествия: неоднократно бывал на личных приемах в высоких милицейских кабинетах Донецка и Киева. Ему всякий раз обещали: происшествие будет расследовано должным образом.
На днях мы получили от предпринимателя известие: он пребывает в шоке. Почему? Оказалось, после повторного обращения гр-на Сердюка к министру Луценко (автор письма попал на личный прием к министру МВД 24 марта с. г.) торезские правоохранители решили исправить свою промашку. Правда, по другому давнему делу.
Когда несколько лет назад гр-на Сердюка содержали в СИЗО, его имущество находилось под арестом. В том числе и автомобиль «Урал» (его поставили на стоянку под охрану милиции). После освобождения от обвинений гр-н Сердюк оказался... ограбленным: 3 года он требовал от милиции вернуть ему машину. Ведь на стоянке вместо «Урала» красовались его останки. Возбудить уголовное дело по этому факту тоже никак не удавалось. Но уверенности у предпринимателя не убавлялось: «Я милиционеров не боюсь, пусть они меня боятся», — говорил он во время нашей беседы в конце января. И вот та его фраза получила невероятное подтверждение.
Через неделю после общения с министром Анатолий Сердюк получил письмо от нового начальника ГУ МВД в Донецкой области генерала Николая Купянского. Тот сообщил, что на начальника Торезского ГОМ Вадима Шапочкина наложено дисциплинарное взыскание (его вскоре перевели на другое место службы — в соседний Кировский ГОМ на должность замначальника. — Авт.). Новым начальником Торезского ГО стал Артур Лиховит. Он-то и пригласил заявителя в Торезский горотдел милиции на беседу ради замирения.
Что было дальше, наш герой сообщил нам в телефонном разговоре: «Я думал, истории с участковыми наконец-то пришел справедливый финал. Нет. Как сообщил посланник из областного УВД, мол, нужно срочно отчитаться в Киев, что «вопрос исчерпан». И они готовы компенсировать мне стоимость разворованного по частям «Урала». Потом все было, как в кино. Там же, в служебном кабинете, мне выдали наличными солидную сумму в гривнях. Милицейский товарищ (его фамилию мы пока не называем. — Авт.) при сослуживцах открыл ящик своего рабочего стола и достал оттуда деньги. Недостающую часть суммы (по телефонному приказу начальства) срочно доставили в тот же кабинет из ОГСБЭП. Да, я эти деньги получил, оставив расписку. Но чему тут радоваться? «Урал» же сегодня стоит дороже. И как это вообще понимать, что в служебных столах милиционеров — банковские сейфы?! Я просто в шоке».
