В конце прошлой недели на нескольких сайтах прошло сообщение о «передаче Андреевской церкви с баланса Национального заповедника «София Киевская» на баланс Украинской автокефальной православной церкви (УАПЦ)».
Решение якобы оглашено 21 мая начальником главной службы гуманитарной политики Секретариата Президента Александром Быструшкиным на встрече с директором заповедника и главой УАПЦ. И хотя данную информацию подтвердил помощник последнего (http://kommersant.ua/doc.html?docId=895360), оставалось неясным, кто же, собственно, и кому отдал вышеуказанное распоряжение.
На прямой вопрос «2000» начальник г-на Быструшкина, заместитель главы Секретариата Президента Юрий Богуцкий ответил, что «предпочел бы воздержаться от комментариев, так как решение еще официально не оформлено».
Впрочем, поскольку Секретариат все же не более чем «вспомогательный орган по обеспечению осуществления Президентом Украины его полномочий» (указ президента № 1445/2005 «О создании Секретариата Президента Украины»), следовательно, данное распоряжение не могло быть ничьим, кроме как самого субъекта президентских полномочий. И тут, казалось бы, следовало только порадоваться: сам Виктор Андреевич взялся за возвращение церкви ее законного имущества. Пересмотрел взгляд на свой недавний указ о передаче лавры в госсобственность и таким, пусть несколько окольным, путем исправляет ситуацию...
Вот только каким бы привычно уникальным ни был президентский подход, а под определение «реституция» данный случай никак не подпадает. Ведь религиозная организация, ставшая счастливым обладателем архитектурного шедевра, к его созданию никакого отношения никогда не имела. Храм святого Андрея Первозванного строился как домовая церковь императорской семьи при летней резиденции императрицы Елизаветы Петровны. Как рассказал «2000» известный киевовед, завотделом Музея Киева Виталий Ковалинский, в столице всего три храма, возведенных не на деньги церковных общин, а на «государевы». Кроме Андреевского это Владимирский собор и — частично — Никольский собор Покровского монастыря. «Посему решение о передаче Андреевского собора — очередной маразм, — не особо церемонился Виталий Васильевич. — Особенно в свете предстоящего в июле заседания ЮНЕСКО, где должен рассматриваться вопрос о внесении храма в Список всемирного наследия ЮНЕСКО».
— Отчего же объект, находящийся в руках религиозной организации, не может быть внесен в перечень ЮНЕСКО? — этот вопрос я задал заведующей отделом «Андреевская церковь» Национального заповедника «София Киевская» Жанне Литвинчук.
— Видите ли, если государство подает объект на номинацию в список всемирного наследия ЮНЕСКО, то оно должно брать на себя ответственность и за его сохранение.
В каталоге «1000 чудес пяти континентов», выпущенном в Германии к 2000-летию нашей эры, Украина представлена четырьмя объектами: центр Львова, София Киевская, Киево-Печерская лавра и Андреевская церковь. Такие памятники всемирного значения реставрируются на самом высоком профессиональном уровне. Проекты проходят научную экспертизу, реставрационный совет утверждает методику и ведет мониторинг качества реставрационных работ.
— А что мешает той же УАПЦ выступать в роли заказчика этих работ?
— Это очень дорого. За реставрацию одних только икон Андреевской церкви заповедник платит — по 50 000 грн. Откуда у УАПЦ такие деньги? Верующие в наш храм практически не ходят. Даже на Пасху — вы посмотрите телетрансляцию — у нас от силы полтора десятка человек наберется. Что же тогда говорить об обычных днях! Потому богослужение начинается не в 8.00, как в других церквях, а в 10.00 — исключительно для туристов. А в качестве паствы выступают наши же смотрители.
Тем не менее служба проводится ежедневно — в нарушение постановления Кабмина № 1005 от 9 августа 2001 г., по которому богослужение в Андреевском соборе разрешается только на Пасхальные и двунадесятые церковные праздники, дни особого поминовения усопших, юбилейные и памятные даты, а также по случаю выдающихся государственных и церковных событий.
На деле же с 2006-го у нас не было ни одного выходного дня. Но главное — не отдыхает и памятник.
— Простите, но я не вижу логики. Ведь если ритуалы крайне малочисленны, то и нагрузка на объект минимальна...
— Главное здесь — температурно-влажностный режим. Особенно в случае большого перепад температур на улице и внутри храма. Но мы не то что закрыть двери храма, даже элементарный санитарный день устроить не можем. Здание как музей работает всего лишь 3 часа. Да и то — бесплатно, если в это время совершаются требы (венчание, отпевание, освящение и т. д.). Не будешь же каждого входящего спрашивать — вы со стороны жениха или невесты?
И еще вот что важно — независимо от того, сколько человек участвуют в службе, горят свечи, дым от которых разрушающе действует на иконы.
— Но представители УАПЦ заверяют, что свечи делаются из стопроцентного воска, следовательно, безопасны для икон.
— Да любой может зайти в церковь и убедиться, что свечи — парафиновые! Причем самые дешевые. А живописи нашей — четверть тысячелетия. С неизбежными для такого возраста трещинками. Жирную парафиновую копоть удалить оттуда просто невозможно.
Поймите, из всех культовых сооружений Растрелли только Андреевская церковь сохранила первоначальный экстерьер и, что особенно важно, интерьер. Чудом до нашего дня дожили живопись, лепка, резьба по дереву XVIII века. Сможем ли это показать миру через пару десятилетий?
— Но, может быть, Секретариат Президента предлагал УАПЦ помощь в содержании церкви?
— Насколько я знаю, подобные инициативы ни от кого не исходили.
— Зато, по заявлению ответственных лиц УАПЦ, над документом о передаче церкви на баланс УАПЦ работают юристы и последнюю подпись на нем должна поставить премьер-министр Тимошенко. Получается, президент предлагает Юлии Владимировне нарушить постановление предшественников, но главное — подписать себе приговор в глазах украинской интеллигенции? Сам же он при этом умывает руки: ни на его сайте, ни на сайте его Секретариата нет упоминания о встрече с руководством заповедника. Из той же оперы — и «воздержание» г-на Богуцкого.
— Решение о передаче Андреевской церкви противоречит не только постановлению № 1005, но и постановлению Кабмина № 500 от 14 мая 1996 г., запрещающему передачу закрепленной за заповедниками собственности каким-либо организациям. В противном случае музей попросту ликвидируется. И подписавший такой документ может создать прецедент во всеукраинском масштабе.
