Продолжение. Начало см. в №43 (482) 23 - 29 октября 2009 г.
Авторы выражают искреннюю признательность Владимиру Воронцову за помощь в подготовке этого материала.
В инструкции бандеровского провода ОУН для организационного актива на Украине в период войны, разработанного также в мае 1941 г., был и раздел «Отношение к немецкой армии».
В нем указывалось, что немецкие войска должны восприниматься как войска союзников, но желательно взять власть перед их приходом и заявить немцам, что украинская власть уже создана и готова войти в приязненные взаимоотношения с союзниками для сотрудничества и совместной борьбы с «Москвой».[53] Также говорилось, что необходимо часть актива присоединить к немецким войскам для работы в Центральной и Восточной Украине. При неприятии немцами украинской власти и применении силы уступить, но в юридическом плане власть не передавать — т. е. фактически «зацепиться» за нее. При невозможности создания регулярной армии и дальнейших совместных действий с немцами — стараться реорганизоваться в городскую милицию.[54]
Примерно в это же время был разработан единый генеральный план повстанческого штаба ОУН, четко ориентированный на вооруженное восстание в связи с началом войны против СССР.[55]
Все эти документы датируются маем 1941 г. Напомним, именно 15 мая 1941 г. была одной из первых намеченных дат нападения Германии на СССР, а в немецкой военной разведке (абвере) была создана группа «А», которая отвечала за подготовку диверсионных актов и работу по разложению в советском тылу. Руководил этой группой уже упомянутый нами полковник Эрвин Штольце, показания которого мы и цитировали выше.[56]
Надеялось ли руководство ОУН на определенные преференции со стороны немцев?
На допросе арестованный отец С. Бандеры священник Андрей Бандера показал, что в беседе с ним зарубежный эмиссар от сына А. Турчманович (встреча состоялась в августе 1940 г.) заявил:
«...Ждать помощи от немцев или итальянцев достаточно рискованно, ибо и те, и другие заботятся только о своей выгоде, а не о дальнейшей судьбе украинских националистов...»[57]
Возникает закономерный вопрос: на что они надеялись? Вернее, почему не отказались от сотрудничества?
Данные о работе оуновских функционеров на нацистские спецслужбы стали появляться у советских органов госбезопасности еще с весны 1940 г.
Именно в этот период один из агентов госбезопасности сообщал о группе, прибывшей из Германии с целью осуществления подрывной работы на территории Станиславской области.[58] В сообщении указывалось, что агенты забрасываются как для работы в националистическом подполье, так и для выполнения «шпионско-разведывательной работы в пользу Германии» и перечислялись восемь активных участников Организации украинских националистов, окончивших разведшколу Кригера в г. Криница. В списке — Мартынец, служивший в шуцполиции, а с 1943 г. работавший референтом по мобилизации украинцев в дивизию СС «Галичина», Ясинский, в 1942—1943 гг. служивший в гестапо, а с 1943 г. — в дивизии СС «Галичина», Василь Бандера — родной брат Степана Бандеры и уже упомянутый Александр Луцкий — один из близких соратников Бандеры.
25 апреля 1940 г. в докладной записке УНКВД по Волынской области в связи с работой присланной на Волынь оперативно-чекистской группы указывается, что один из допрошенных — Гайдюк — признался, что он является одним из руководителей организации Волынской ОУН и 20 марта 1940 г. был переброшен руководством ОУН при участии гестапо в СССР с целью проведения повстанческой и шпионской деятельности.[59]
В ориентировке УГБ НКВД СССР от 17 мая 1940 г. о современном положении в ОУН сообщалось:
...«ОУН» при полной поддержке германских правительственных кругов, в контакте с разведывательными органами ведет усиленную работу по подготовке отторжения Украины от Советского Союза и установления буржуазного государства с фашистским управлением. Вооруженное выступление против Советского Союза намечалось на весну 1940 года...
...Деятельность всех закордонных ОУНовских организаций направляет Краковская «краевая экзекутива ОУН» (провод «ОУН») во главе с полковником СУШКО, ДОНЦОВЫМ и СТЕФАНОВИЧЕМ, которая непосредственно связана с германскими правительственными кругами и разведывательными органами (Гестапо)...
...ОУНовскими организациями совместно с немецким командованием формируются специальные воинские части, отряды из украинского населения, организуются так наз. «таборы». Молодежь вербуется в специальные школы — дружины, где под руководством немецких офицеров проводится усиленная военная подготовка...
...Значительное количество активных ОУНовцев официально состоит на службе в немецких разведывательных органах. «Гестапо» ведет вербовки ОУНовцев для шпионско-диверсионной и террористической деятельности, которые в большом количестве выбрасываются на советскую территорию...
...За последнее время «ОУН» по заданию немецких и румынских разведывательных органов свою деятельность контактирует с другими контрреволюционными украинскими националистическими организациями... ...договаривается с немцами о создании «самостийной Украины» под протекторатом Германии...»[60]
В директиве об активизации оперативной работы по выявлению и ликвидации агентов немецкой разведки от 2 июня 1940 г. нарком внутренних дел УССР И. А. Серов констатировал, что немцы «...продолжают вербовать агентуру из украинских националистов...»[61]
К директиве прилагалась ориентировка № 1776/сн о работе немецких разведорганов, в которой сообщалось, что немецкая военная разведка интересуется дислокацией армейских частей, их численностью, наименованием, вооружением, сведениями о начсоставе РККА, укрепрайонах, оборонных сооружениях. Указывалось, что гестапо использует для внедрения своей агентуры националистические объединения, при этом широко используются комиссии по связям с немцами-колонистами:
«...Установлено, что вербовка агентуры членами этих комиссий проводится не только среди немцев, но и среди местных украинских националистов — членов ОУН и друг[их]...»
Также в ориентировке указывалось, что участились случаи переброски агентуры под видом лиц, возвращающихся к родственникам и якобы бегущих от немецкого преследования. Среди таких лиц имеются члены ОУН.[62]
В сводке командования погранвойск НКВД Западного округа об обстановке на границе за период 20 — 31 июля 1940 г. указывалось, что обстановка характеризуется «...активизацией деятельности в сопредельной погранполосе контрреволюционных националистических организаций ОУН, в контакте с гестапо, подготавливающих диверсионные группы для переброски на территорию СССР...»[63]
В спецсообщении наркому внутренних дел СССР Л. П. Берии о ходе следствия по делу курьера Краковского провода ОУН Глущишина от 6 августа 1940 г. нарком внутренних дел СССР И. А. Серов указывал, что содержание таких курьеров субсидируется немецкими властями через германский банк, а оплата их услуг производится в зависимости от важности выполненного поручения.[64]
Позднее в своем докладе на имя Л. П. Берии И. А. Серов писал:
«...Руководство ОУН на протяжении многих лет считало, считает и в настоящее время, что создание «Соборной Украины» осуществится только при помощи Германии и сейчас не исключают возможности вооруженного столкновения последней с СССР.
Готовясь к этому, руководство ОУН, с согласия разведорганов Германии, активизировало свою деятельность в направлении:
а) Создания «Украинских армий» из эмигрантов и пр. враждебных к СССР элементов на территории протектората;
б) Сколачивания солидного разведывательного аппарата, а также переброски эмиссаров в СССР для организации шпионско-террористической и диверсионно-повстанческой деятельности...
...Установлено, что Краковская «Краевая экзекутива» непосредственно связана с правительственными кругами и разведорганами Германии...
...Размах и методы работы ОУН в настоящее время определяются политикой разведывательных органов Германии, направленной, прежде всего, на создание в лице ОУН необходимой опоры в оккупированных областях быв. Польши, на подготовку из его среды кадров на случай военного столкновения с СССР и разведывательных кадров для организации и ведения шпионско-террористической и диверсионно-повстанческой работы против СССР...
...ОУН... при помощи правительственных кругов, в тесном контакте с разведывательными органами Германии проводит активную работу по подготовке отторжения УССР от Советского Союза и создания украинского буржуазного государства фашистского типа.
ОУН, будучи создано немцами, пользуясь их широкой поддержкой и рассчитывая на их помощь в будущем, превратилась в послушное орудие немецкого фашизма, в его внутреннюю и внешнюю агентуру...
...Руководство ОУН, при непосредственном участии и помощи немецкого командования, формирует из украинской националистически настроенной молодежи военизированные отряды и части т. н. «Украинской армии», «Украинских легионов» и «Сичевых Стрельцов», вербуя молодежь в «Украинские таборы» — школы, дружины и курсы, где под руководством немецких офицеров проводится усиленная военная подготовка...
...Помимо указанных украинских частей, немцы организовали «Арбайт Динст» — служба работы и «Верк Динст» — служба охраны.
В «Арбайт Динст» набирается, главным образом, молодежь, интеллигенция. Поступление добровольное или по мобилизации ОУН. Преимуществом пользуются знающие немецкий язык. Обмундированы в немецкую форму темного цвета. Вооружены пистолетами «браунинг» № 2.
Для подготовки личного состава «А-Д» в Закопанном, Кринице и Катовицах существуют 6-ти недельные школы, после чего окончивший школу направляется в Берлин на 2-х месячные курсы.
«Верк Динст» — несет исключительно охрану фабрик и заводов. Обмундированы, как и другие украинские соединения, на фуражках носят «Тризуб»...
...Немецкие власти создали ОУНовцам наиболее привилегированное положение, осуществляя это путем:
а) Назначения украинских националистов на административные должности, как-то: бургомистрами, волостными и сельскими старостами, чиновниками гос. учреждений и т. д.
б) Образования украинской полиции, рядовой и комсостав которой вербуется из состава украинских националистов.
в) Привлечения ОУНовцев к охране границы наравне с немецкими солдатами. Организация для этих целей специальных курсов.
Все эти военные формирования ОУН содержатся на немецкие средства и предполагаются к использованию как против англо-французской коалиции, так и против Советского Союза, на случай военного столкновения между Германией и СССР.
Создавая эти отряды и части, ОУН готовит офицерские и подофицерские кадры путем обучения в специально созданных для этого школах в г. Кракове, в которых готовятся кадры для всех родов войск...
...Вся эта деятельность ОУН тесно переплетается с активной шпионско-террористической и диверсионно-повстанческой работой против СССР, направляемой разведывательными органами Германии...
...Как известно, ОУН состояло на службе разведывательных органов различных стран и в первую очередь Германии.
Созданное по заданию и на средства немцев ОУН, естественно, представляло и представляет собой в настоящее время, прежде всего, агентуру немецких разведывательных органов.
В целях лучшей постановки этой работы и предостережения от проникновения в ОУН советской агентуры, в каждом комитете ОУН имеются офицеры гестапо, которые активно проводят фильтрацию каждого вновь прибывшего украинца с территории быв. Западной Украины.
В настоящее время шпионско-террористическая и диверсионно-повстанческая работа ОУН приняла особо широкие размеры. Агенты, эмиссары, курьеры и бандиты, перебрасываемые на сов. сторону, как правило получают задания по сбору шпионских сведений, интересующих немецкую разведку.
В последнее время ОУН в Германии, по заданию немецких разведывательных органов контактирует свою деятельность против СССР с другими украинскими и русскими белогвардейскими организациями...
...Немецкие разведорганы, помимо использования в целях разведки ОУНовских кадров через соответствующие руководящие центры ОУН, привлекают и непосредственно ОУНовцев для разведработы на сов. стороне...»[65]
В докладной записке заместителя наркома внутренних дел СССР И. И. Масленникова от 5 сентября 1940 г. указывалось, что 31 августа в районе г. Перемышль на границе был задержан нарушитель, который сознался, что является эмиссаром ОУН и одновременно агентом немецкой разведки, завербованном еще в сентябре 1939 г.[66]
В спецсводке о деятельности украинских националистических организациях, подготовленной наркому внутренних дел УССР И. А. Серову от 11 сентября 1940 г., были представлены данные, что 2-й спецотдел НКВД УССР выявил ряд документов, которые свидетельствуют о проведении различными организациями и обществами Германии активной работы среди украинцев, направленной на восстановление их против СССР. При этом германские организации с ведома властей субсидируют украинские националистические комитеты.[67]
В докладной записке о ходе следствия по делу членов Львовской краевой экзекутивы от 30 сентября 1940 г. нарком внутренних дел УССР И. А. Серов указывал, что среди восьми арестованных двое — Н. М. Матвейчук и М. И. Думанский (начальник отдела разведки краевой экзекутивы и его заместитель) являются также резидентом и агентом немецкой разведки. Также отмечалось, что деньги на создание «Революционного фронта украинцев», переданные нелегалам, отпускаются гестапо.
Помимо этого в докладной указывалось:
«...В настоящее время, как установлено следствием, Краковский центр ОУН всю антисоветскую работу проводит по заданию немецкой разведки.
Предостерегая краевую экзекутиву от самостоятельного вооруженного выступления, Краковский центр и лично его руководитель БАНДЕРА дал директиву (перехваченную нами), переключить работу ОУН на военный шпионаж в пользу Германии...
...В одном из расшифрованных документов, изъятых у арестованного БУЛКИ — закордонного курьера, БАНДЕРА дает прямые указания: «шлите больше шпионских сведений, топографических карт и военной литературы, за все это немцы нас обеспечат оружием и деньгами»...»[68]
Эти же данные фигурируют и в обвинительном заключении по уголовному делу на членов Львовской краевой экзекутивы от 5 декабря 1940 г.:
«...МИРОН (эмиссар Краковского центра ОУН) обеспечил каждого из нелегальщиков «заработной платой» из средств, получаемых от сбора членских взносов, а также разведки одного из сопредельных государств...
...Как установлено следствием, Краковский центр ОУН открыто вступил на службу одной из иностранных разведок и всю антисоветскую работу проводит по заданию ее.
Всячески предостерегая краевую экзекутиву от самостоятельного вооруженного выступления, Краковский центр и лично его руководитель БАНДЕРА дал директиву, требующую переключить работу организации украинских националистов на военный шпионаж в пользу иностранной разведки.
Исходя из этой директивы, на отдел разведки краевой экзекутивы был назначен резидент иностранной разведки МАТВИЙЧУК Николай, прочно обосновавшийся под видом научного работника в одном из высших учебных заведений гор. Львова, а его заместителем по руководству периферийными организациями был направлен личный эмиссар БАНДЕРЫ — ДУМАНСКИЙ Михаил...
...Все добытые сведения разведкой тщательно шифровали и передавались через Краковский центр одной из иностранных разведок...»[69]
Конкретно было установлено, что агентами иностранной разведки были Н. М. Матвейчук, М. И. Думанский, Р. М. Берест, А. М. Матвейчук, С. И. Думанский, П. В. Клак, С. С. Клак, в чем они также и обвинялись. Дело было передано на рассмотрение Львовского областного суда. Обвинение в шпионаже было предъявлено далеко не всем из 58 участников, проходивших по этому делу, и исключительно на основе материалов следствия.
Суд над участниками состоялся 15—18 января 1941 г. В ходе судебного заседания обвинения в шпионаже в пользу иностранной разведки были установлены и подтверждены. Помимо этого, установлена работа на иностранную разведку Н. М. Гошко. Все обвиняемые на досудебном следствии и судебном заседании признали себя виновными и были приговорены к расстрелу. Подсудимые заявили, что не желают прекратить враждебную деятельность против СССР и будут ее продолжать при любых условиях. Исключение составляла Клак С. С., приговоренная к лишению свободы на 10 лет с поражением в правах и высылкой за пределы УССР после отбытия наказания на пять лет.
Приведем еще несколько выдержек из документов того периода.
В директиве командования погранвойск НКВД СССР об итогах службы по охране государственной границы за апрель — ноябрь 1940 г. от 27 ноября 1940 г. отмечалось, что германская разведка в своей деятельности наиболее широко использует актив ОУН.[70]
В ориентировке особого отдела ГУГБ НКВД СССР от 30 ноября 1940 г. указывалось, что основными кадрами немецкой разведки, засылаемой в СССР, являются квалифицированные агенты оуновской разведки.[71]
В уже упомянутом выше сообщении агента «Украинец» прямо указывается, что руководство ОУН организовало ему встречу с местным руководством гестапо, которое интересовало как положение на Украине, так и деятельность самой ОУН. При этом подчеркивалось, что «...бандеровцы имеют большой удельный вес у немецкого гестапо...»[72]
В докладной записке об итогах проведения операции по ОУН в западных областях Украины от 15 января 1941 г. на имя Л. П. Берии отмечалось, что «...В процессе следствия также вскрыто, что гестапо активизировало свою работу на территории западных областей УССР, используя для этой цели в широких масштабах кадры оуновцев. Арестованные агенты гестапо ГНУРА, ТИХОЛИЗ и ГАУР, на первых же допросах дали показания о своей разведывательной деятельности в пользу Германии...»[73]
В докладе командования пограничных войск НКВД СССР от 13 февраля 1941 г. сообщалось, что на территории бывшей Польши члены ОУН привлекаются к работе в органах госаппарата, из оуновцев создаются вооруженные отряды, которые привлекаются к охране границы с СССР[74], а также подчеркивалось, что «...Основной опорой германской разведки в ее деятельности является ОУН, которая под непосредственным влиянием и руководством гестапо активно проводит свою контрреволюционную антисоветскую деятельность и поставляет кадры разведчиков, диверсантов и террористов...»[75]
В докладной записке о ходе следствия по делам оуновцев от 18 февраля 1941 г. на имя В. Н. Меркулова замнаркома внутренних дел И. М. Ткаченко есть раздел «Шпионаж ОУН в пользу гестапо», в котором отмечалось:
«...Материалами следствия подтверждается, что «ОУН» за границей и здесь является фактически филиалом немецкой разведки, собирающей секретные сведения за определенные вознаграждения со стороны гестапо.
Наиболее рельефно это положение высказал обвиняемый ДУМАНСКИЙ М. (немецкий разведчик и член ОУН) на очной ставке с руководителем окружной Львовской организации ОУН — БИЛЕНЬКИМ.
«...Вы наивно ставите вопрос о доказательствах сотрудничества «ОУН» с немецкой разведкой; общеизвестно, что «ОУН» давно находится на услугах гестапо, об этом знает каждый «хлопак», знаете это и вы» (выделено нами — Авт.).
Структура организации «ОУН» на территории СССР предусматривает, как основную часть рабочего аппарата «ОУН», наличие руководителей по разведке, которые руководят этой деятельностью в контакте с проводом «ОУН», получающим определенные задания гестапо, и в обратной последовательности сдают добываемые разведывательные сведения...»[76]
В докладной записке на имя секретаря ЦК КП(б)У Н. С. Хрущева нарком госбезопасности УССР П. Я. Мешик указывал, что:
«...Известно, что при ведении войны немцы практикуют предательский маневр: взрыв в тылу воюющей стороны («пятая колонна» в Испании, измена хорватов в Югославии).
Материалы, добытые в процессе агентурной разработки и следствия по делам участников «Организаци украинских националистов» (ОУН), в том числе воззвания и листовки организации свидетельствуют о том, что во время войны Германии с СССР роль «пятой колонны» немцев будет выполнять ОУН...»[77]
В докладе зарубежного агента НКГБ УССР, выписка из которого датирована 17—24 апреля 1941 г., указывается, что члены мельниковского провода ОУН активно прибегают к помощи гестапо в борьбе с бандеровцами. Помимо этого, провод ОУН специально выделил людей для борьбы с польским подпольем. Также сообщаются факты активного сотрудничества оуновцев с гестапо, хотя и отмечается, что многие были недовольны методами работы гестапо и старались порвать с ним.
«...Когда в ОУН возникло два провода, один МЕЛЬНИКА, а другой БАНДЕРЫ, провод МЕЛЬНИКА разрешил всем своим членам без ограничения работать с немецкими властями и Гестапо. Провод БАНДЕРЫ, наоборот, запретил всем своим членам непосредственно работать для Гестапо, запретил также давать какие-нибудь сведения и тем лицам, которые приходят из-за границы.
Все сведения концентрируются в проводе ОУН и, если Гестапо интересуется ими, то пусть обращается к проводу БАНДЕРЫ...»[78]
Продолжим анализ документов советских органов госбезопасности.
В ориентировке 3-го управления Наркомата обороны СССР (военная разведка и контрразведка) от 25 мая 1941 г. констатируется, что второе место по численности среди немецкой агентуры (около 30% общего числа агентов) занимают украинские националисты, вербовку осуществляют органы гестапо и военной разведки Германии.[79]
Ориентировка 3-го управления НКГБ СССР о деятельности нелегальных националистических организаций в Западных областях УССР от 31.05.1941 указывала, что ОУН с самого начала своего существования работает под руководством немецкой разведки, а непосредственно исполнителем указаний разведки в проводе ОУН является Рико Яры[80]. Помимо этого, констатировалось, что Краковский центр ОУН, руководящий всей нелегальной работой на Западной Украине, также находится под руководством немцев[81] и при их активной поддержке перебрасывает через границу специально отобранные и обученные группы нелегалов.[82]
В 1940 г. при «Абверштелле Краков» немцами была организована школа по подготовке разведчиков и диверсантов для проведения подрывной и шпионской работы против Советского Союза. Школа комплектовалась из украинцев — жителей Польши, участников ОУН. Подбор агентов для учебы в школе осуществляли специальные вербовщики из числа оуновских руководителей. Школа была разбита на четыре лагеря (отделения), которые находились в местечках Криница (100 км юго-восточнее Кракова), Дукла (125 км юго-восточнее Кракова), Барвинек (15 км южнее Дуклы) и Каменица (50 км севернее Дуклы). В каждом отделении школы одновременно обучалось 100 — 300 человек. В местечках Дукла, Каменица и Барвинек обучались оуновцы-бандеровцы, а в Кринице — мельниковцы. Агенты проходили военную подготовку и изучали методы разведки, диверсии и организации повстанческого движения. После окончания школы агенты — выходцы из западных областей УССР посылались на дополнительные четырехнедельные курсы, находившиеся при соединении «Бранденбург-800» в Аленцзее, а затем перебрасывались с заданиями в Советский Союз. Переброску агентов осуществляли специальные резиденты через пункты абвера в Венгрии и Словакии. С началом войны против Советского Союза «АСТ Краков» и его филиалы на нашей границе были ликвидированы, а школа расформирована.[83]
31 мая 1941 г. датируется директива наркома госбезопасности УССР П. Я. Мешика начальникам УНКВД западных областей Украины, в которой говорилось:
«...Агентурными материалами и рядом следственных дел, имеющихся во всех Управлениях НКГБ Западных областей, устанавливается, что как мельниковцы, так и бандеровцы, работают в тесном контакте с германской разведкой и создание так называемой «Великой соборной Украины» мыслят себе не иначе, как с помощью немцев...
...Мельниковцы открыто поддерживают связь с Гестапо. Немцы лично переправляют эмиссаров МЕЛЬНИКА на нашу сторону.
Бандеровцы же не разрешают своим членам, помимо провода, связываться с немцами. Все разведывательные данные и задания диверсантам, шпионам и террористам, перебрасываемым на нашу сторону, немцы передают через бандеровский провод.
Немцы, в отличие от мельниковцев, не перебрасывают бандеровцев на нашу территорию, а лишь открывают для них границу в заранее обусловленном месте.
Необходимо указать, что низовка ОУН и некоторая часть среднего руководящего звена не знают о шпионской деятельности БАНДЕРЫ и МЕЛЬНИКА, не знают, что они по существу работают на немцев...»[84].
В материалах советских спецслужб констатировалась абсолютно реальная работа бандеровцев на немецкие разведорганы, притом исключительно с санкции руководства ОУН(Б), но при сокрытии этого факта от рядовых членов организации.
В обзоре работы органов НКВД по борьбе с бандитизмом в западных областях УССР за первое полугодие 1941 г. было зафиксировано, что некоторые участники бандгрупп являлись агентами иностранных разведок и гестапо.[85] А в сводке 6-го отдела 3-го управления НКГБ СССР от 16 июня 1941 г. указывалось, что при разгроме оуновских банд у участников последних изымается оружие немецкого образца, которое они могли получить только из-за границы.[86]
Обратимся теперь к показаниям арестованных бандеровцев.
Так, задержанный член Львовского краевого провода ОУН И. А. Максимов в собственноручных показаниях от 23 октября 1940 г. писал:
«...[Мы] надеялись, что союз между Германией и Советами может оказаться нестойким, поэтому провод ОУН решил стоять твердо на стороне Германии до того времени, когда она сорвет союз с Советами или отношения дипломатические ухудшатся. Тогда ОУН должна выступить вооруженно, прежде всего, на территории Западной Украины...» и «...Краковский центр полагал, что окончательным будет опереться на капиталистические государства, а прежде на Италию и Германию — прежде всего как идеологических противников СССР. Чтобы добиться каких-то успехов в заграничной политике провод ОУН стал безоговорочно на службе чужой разведки...»[87]
То же самое Максимов подтверждал и на допросах:
