Миролюбивые гладиолусы на красном, черном, желтом и белом фоне, написанные с разницей в год, диссонировали с тусклой «больничной» коллекцией 60-х годов прошлого века, в которой царили кровь, боль и страх. Бытовые зарисовки советской поры, авторская интерпретация классического и религиозного искусства, чувственные портреты объединила одна черта, которую моментально фиксировало сознание, — серийность.

3 октября в Музее современного изобразительного искусства Украины представили выставку живописи и графики украинского художника Илья Толкачева (1944—2007). И хотя открытие происходило, выражаясь языком телевизион-щиков, вовсе не в прайм-тайм — в пять вечера, желающих приобщиться к ретроспективному творчеству художника оказалось немало.

В музейном зале течение гостей разделялось на два «рукава». Одни «оккупировали» пространство у живописных работ, смотрели на полотна с расстояния, охватывая взглядом весь холст в целом. Другие подались к графике: черно-белой или цветной, вплотную подходили к работам, всматривались уже в мельчайшие штрихи. Иногда один, размером с альбомный лист рисунок осматривали несколько посетителей, и тогда при скрупулезном визуальном анализе они чуть ли сталкивались лбами.

Я начала осмотр с масла, оставив графику на потом. Триптих «Матери» (1989—1990) приковывал взгляды мрачными красками. От ожидаемой радости, торжества света, как обычно изображают период материнства художники, Толкачев сознательно отошел. Посредине изображение Богоматери с поднятыми к небу руками, так и хочется сказать: «Оранта». Впрочем, если и назову так, то не попаду впросак — параллели с иконописью несомненны, только от каноничности они довольно далеки. К слову, нимба над головой Богородицы тоже нет. Под сердцем матери черный круг. Впечатление такое, что раньше здесь было изображение, но как ни приглядывалась, кроме круговых «завитков» от кисти, так и не отыскала.

С настроением

По обеим сторонам — Мадонны. На мой взгляд, здесь уже возникают аллюзии с искусством венецианцев или флорентийцев. Только младенцев на руках у матерей нет, хотя они склоняют головы и опускают взгляды к груди точно так же, как героини полотен Лоренцо Лотто или Андреа дель Верроккьо.

В серии «Три сестры» (1989) художник тоже сосредоточен на внутренней сути каждой из родственниц, нежели на передаче их облика. Потому одна сестра изображена в сине-русалочном тоне, да еще и расчесывающая длинные волосы, вторая — на красном фоне смотрится в зеркало, третья — черная гамма, где еле различимы контуры тела.

Цвет и фон имеют огромное значение для Толкачева. От цветового «покрытия» холста кардинально меняется характер композиции, даже если в основе картины одни и те же предметы. К примеру, серия гладиолусов. В общем-то, простенькие букеты в вазах, где высокие стебли «уравновешивают» пышные приземистые астры и георгины. Но тут надо обращать внимание на детальное сопровождение. «Гладиолусы на черном фоне» стоят в «тяжелой» вазе, на столе часы — наручные, будильники в металлической оправе. «Гладиолусы на желтом фоне» нежны и созерцательны: хрустальная ваза, рядом зажженные свечи. Композиция «Гладиолусы на белом фоне» — просты: стеклянная банка, пепельницы, в уголке на заднем плане — церквушка.

Акварельная серия «Подруги» (1967) — подозреваю, что в советское время была не самая культовая. Три картинки из жизни девушек, явно стиляг, да еще и далеких от образа советской женщины: идут с сигаретами, а потом, после распитого спиртного живописно попадали за столом. «Поддевке» нашлось место и в тягостной коллекции «Больница». Среди достаточно сумрачных и философских рисунков — яркий «эпизод»: мужчины в полосатых пижамах с гипсами на конечностях провожают взглядами обладательницу стройных ног на каблуках. Природа берет свое.

Выставка экспонируется до 16 ноября. Музей современного изобразительного искусства Украины (ул. Братская, 14, тел. 463-7669) работает с 11.00 до 19.00, выходной — понедельник. Вход свободный.